(function (d, w, c) { (w[c] = w[c] || []).push(function() { try { w.yaCounter45614616 = new Ya.Metrika({ id:45614616, clickmap:true, trackLinks:true, accurateTrackBounce:true }); } catch(e) { } }); var n = d.getElementsByTagName("script")[0], s = d.createElement("script"), f = function () { n.parentNode.insertBefore(s, n); }; s.type = "text/javascript"; s.async = true; s.src = "https://mc.yandex.ru/metrika/watch.js"; if (w.opera == "[object Opera]") { d.addEventListener("DOMContentLoaded", f, false); } else { f(); } })(document, window, "yandex_metrika_callbacks");

Вопрос: Я совершил ДТП с травмированием человека (тяжкий вред). Как правильно защищаться?

Ответ: В этом случае, рекомендую воспользоваться помощью адвоката как можно раньше. Стратегия защиты будет зависеть во многом от того, виновны Вы в совершении ДТП или нет. Обычно я вначале знакомлюсь с материалами дела, оцениваю шанс доказать невиновность водителя, а потом вместе с доверителем обсуждаем варианты дальнейших действий. Правильно выбрать стратегию и тактику считаю для себя одной из главных задач. От этого зависит достижение наилучшего результата для подзащитного. Даже если он будет признан виновным.

Примерно полгода назад ко мне за юридической помощью обратилась женщина, совершившая дорожно-транспортное происшествие, в котором был травмирован пассажир другого автомобиля. Это был ребенок.

Мы заключили соглашение и я приступил к работе. Водитель рассказала мне историю ДТП. Из ее рассказа следовало, что она не виновна. Однако, когда я пришел к следователю, он сказал мне, что имеются свидетели, которые дали показания об обстоятельствах ДТП иначе. По мнению следователя, с учетом показаний свидетелей виновной является моя подзащитная. Однако, она настаивала на своей позиции. Мы заявили ходатайство об очной ставке со свидетелями, поскольку иначе, во время предварительного следствия невозможно узнать позицию свидетеля. После очных ставок стало понятно, что доказать невиновность подзащитной не удастся.

Проанализировав вновь всю ситуацию, я предложил подзащитной пойти по пути примирения с семьей потерпевшего, что позволит прекратить уголовное дело. Она конечно и до этого оказывала помощь пострадавшему ребенку, но считая себя невиновной, не могла установить контакт с мамой ребенка. Я вступил в переговоры с семьей пострадавшего и мне удалось установить необходимый контакт. Ситуация стала развиваться нормально, дело пошло к примирению.

Но моя подзащитная продолжала советоваться со своими знакомыми. Они ей предлагали не признавать вины, советовали продолжать консультации с другими адвокатами. В какой-то момент она мне сказала, что не считает себя виновной, выдумала (вероятно по чьему-то совету) новую историю с помешавшим ей каким-то водителем и попросила активнее жаловаться на действия следователя. Я был убежден, что такими действиями мы ухудшим ситуацию: и невиновности не добьёмся, и к примирению с потерпевшим не придем. Я сказал ей об ошибочности таких действий и о последствиях, в том числе о том, что ее могут осудить. Правда, она попадала под действие амнистии, но ее уголовное дело лучше было прекратить в связи с примирением с потерпевшим. Подзащитная избрала другой способ защиты и у нее появился еще один адвокат, поскольку я был с ней не согласен.

Не хочу обсуждать действия своего коллеги, но слышал от следователя, что этот адвокат стал заявлять одно ходатайство за другим. Конечно, следователь не имел право мне подробно рассказывать, но чувствую, он был раздражен. Позже, уже после окончания предварительного следствия, моя подзащитная вновь обратилась ко мне, на этот раз с просьбой ознакомиться со всеми материалами уголовного дела и дать ей совет, как правильно действовать дальше. Ознакомившись с материалами дела я понял, что ее вина в совершении преступления следствием доказана. Имелись показания свидетелей, проведена автотехническая экспертиза. Адвокатом обвиняемой было заявлено несколько ходатайств, подано несколько жалоб. Я считаю, заявлены они были необоснованно. Я знал обстоятельства происшествия. Поэтому не удивился, что следствие отказало в удовлетворении большинства ходатайств и всех жалоб. И еще я увидел, что сторона потерпевших заявила гражданский иск с требованием взыскать с виновника моральный вред в размере 4 млн. рублей. Из протокола ознакомления обвиняемой и ее защитника с материалами уголовного дела я понял, что она своей вины так и не признала, и сторона защиты решила спорить с виновностью в суде. Из материалов уголовного дела стало понятно, что о примирении с потерпевшим говорить уже не приходится. Был налицо конфликт с мамой потерпевшего. Дело было направлено в суд.

Что я мог ей посоветовать? Только то, что для того, чтобы не получить судимость и не быть лишенной водительских прав, заявить ходатайство о применении к ней амнистии до судебного заседания. И, конечно, возместить причиненный вред ребенку, хотя бы частично. Послушает она меня? Не знаю, но если нет, то у нее будет судимость, ее лишат права управлять транспортными средствами.

Да, в связи с амнистией ее освободят от отбывания основного наказания, но не от лишения права управлять транспортными средствами. Суд взыщет в качестве компенсации морального вреда конечно не 4 млн. рублей, но тысяч 500 - очень вероятно. И еще, судимость снимут года через 3, после окончания срока лишения водительских прав.

А можно было признать вину и оказать помощь пострадавшему ребенку, не получить судимость, сохранить права и остаться в хороших отношениях с семьей потерпевшего. И денег нужно было меньше, и уголовное дело было бы давно прекращено.

"> Ошибка в стратегии защиты по уголовному делу по ДТП. - 2 Декабря 2015 - Адвокат по ДТП Кучеренко Сергей Николаевич
Москва, ул.Профсоюзная 20/9, офис 31
+7(967)0327157, +7(985)1961448

22:03
Ошибка в стратегии защиты по уголовному делу по ДТП.

Вопрос: Я совершил ДТП с травмированием человека (тяжкий вред). Как правильно защищаться?

Ответ: В этом случае, рекомендую воспользоваться помощью адвоката как можно раньше. Стратегия защиты будет зависеть во многом от того, виновны Вы в совершении ДТП или нет. Обычно я вначале знакомлюсь с материалами дела, оцениваю шанс доказать невиновность водителя, а потом вместе с доверителем обсуждаем варианты дальнейших действий. Правильно выбрать стратегию и тактику считаю для себя одной из главных задач. От этого зависит достижение наилучшего результата для подзащитного. Даже если он будет признан виновным.

Примерно полгода назад ко мне за юридической помощью обратилась женщина, совершившая дорожно-транспортное происшествие, в котором был травмирован пассажир другого автомобиля. Это был ребенок.

Мы заключили соглашение и я приступил к работе. Водитель рассказала мне историю ДТП. Из ее рассказа следовало, что она не виновна. Однако, когда я пришел к следователю, он сказал мне, что имеются свидетели, которые дали показания об обстоятельствах ДТП иначе. По мнению следователя, с учетом показаний свидетелей виновной является моя подзащитная. Однако, она настаивала на своей позиции. Мы заявили ходатайство об очной ставке со свидетелями, поскольку иначе, во время предварительного следствия невозможно узнать позицию свидетеля. После очных ставок стало понятно, что доказать невиновность подзащитной не удастся.

Проанализировав вновь всю ситуацию, я предложил подзащитной пойти по пути примирения с семьей потерпевшего, что позволит прекратить уголовное дело. Она конечно и до этого оказывала помощь пострадавшему ребенку, но считая себя невиновной, не могла установить контакт с мамой ребенка. Я вступил в переговоры с семьей пострадавшего и мне удалось установить необходимый контакт. Ситуация стала развиваться нормально, дело пошло к примирению.

Но моя подзащитная продолжала советоваться со своими знакомыми. Они ей предлагали не признавать вины, советовали продолжать консультации с другими адвокатами. В какой-то момент она мне сказала, что не считает себя виновной, выдумала (вероятно по чьему-то совету) новую историю с помешавшим ей каким-то водителем и попросила активнее жаловаться на действия следователя. Я был убежден, что такими действиями мы ухудшим ситуацию: и невиновности не добьёмся, и к примирению с потерпевшим не придем. Я сказал ей об ошибочности таких действий и о последствиях, в том числе о том, что ее могут осудить. Правда, она попадала под действие амнистии, но ее уголовное дело лучше было прекратить в связи с примирением с потерпевшим. Подзащитная избрала другой способ защиты и у нее появился еще один адвокат, поскольку я был с ней не согласен.

Не хочу обсуждать действия своего коллеги, но слышал от следователя, что этот адвокат стал заявлять одно ходатайство за другим. Конечно, следователь не имел право мне подробно рассказывать, но чувствую, он был раздражен. Позже, уже после окончания предварительного следствия, моя подзащитная вновь обратилась ко мне, на этот раз с просьбой ознакомиться со всеми материалами уголовного дела и дать ей совет, как правильно действовать дальше. Ознакомившись с материалами дела я понял, что ее вина в совершении преступления следствием доказана. Имелись показания свидетелей, проведена автотехническая экспертиза. Адвокатом обвиняемой было заявлено несколько ходатайств, подано несколько жалоб. Я считаю, заявлены они были необоснованно. Я знал обстоятельства происшествия. Поэтому не удивился, что следствие отказало в удовлетворении большинства ходатайств и всех жалоб. И еще я увидел, что сторона потерпевших заявила гражданский иск с требованием взыскать с виновника моральный вред в размере 4 млн. рублей. Из протокола ознакомления обвиняемой и ее защитника с материалами уголовного дела я понял, что она своей вины так и не признала, и сторона защиты решила спорить с виновностью в суде. Из материалов уголовного дела стало понятно, что о примирении с потерпевшим говорить уже не приходится. Был налицо конфликт с мамой потерпевшего. Дело было направлено в суд.

Что я мог ей посоветовать? Только то, что для того, чтобы не получить судимость и не быть лишенной водительских прав, заявить ходатайство о применении к ней амнистии до судебного заседания. И, конечно, возместить причиненный вред ребенку, хотя бы частично. Послушает она меня? Не знаю, но если нет, то у нее будет судимость, ее лишат права управлять транспортными средствами.

Да, в связи с амнистией ее освободят от отбывания основного наказания, но не от лишения права управлять транспортными средствами. Суд взыщет в качестве компенсации морального вреда конечно не 4 млн. рублей, но тысяч 500 - очень вероятно. И еще, судимость снимут года через 3, после окончания срока лишения водительских прав.

А можно было признать вину и оказать помощь пострадавшему ребенку, не получить судимость, сохранить права и остаться в хороших отношениях с семьей потерпевшего. И денег нужно было меньше, и уголовное дело было бы давно прекращено.

Категория: Уголовные дела по ДТП (тяжкий вред, смертельный исход) | Просмотров: 1781 | Добавил: адвокат_по_дтп | Теги: , , ,